Записки доцента

Часть 1

Часть 2

Что-то я последнее время все про чушь какую-то пишу в жж…
Так вот, концептуально.
Меня - как человека, начитанного гораздо меньше, чем ему бы хотелось, да и вообще не слишком начитанного… - очень раздражает, когда очень начитанные критики (ни к кому в отдельности, это общая практика) пишут в статьях и рецензиях: на стихи Такого-то сильное влияние оказали Такой-то, Сякой-то и Разтакой-то. Ты не мудри, хочется критику сказать, ты пальцем покажи. А то, небось, сам эти влияния придумал… Да и вообще само по себе такое заявление обычно ничего не значит. И не дает. Кроме “вписанности автора в контекст” (да и то…). Кроме понимания того, что умный критик всех четверых, очевидно, читал. “Ну получил я вашу премию. А дальше?”.

Когда ж я отцвету, о Боже, Боже,
Какой останется искусанный комок -
Остывшая и с лопнувшею кожей,
Отцветший, полумертвый зверь-цветок (Елена Шварц).
*
О Господи, когда ж я отцвету,
когда я в свитере взбесившемся увяну, -
так неужель и впрямь я лучше стану,
как воробей смирившийся в грозу? (Дмитрий Воденников)

Или:

Но я открою клеток дверцы -
Они вскричат, как иноверцы
На безъязыких языках.
Толкаясь, вылетят они
И защебечут, залопочут,
заскверещат и загогочут,
И горл своих колышут брыжжи,
И перья розовые сыплют,
Пометом белоснежным брызжут,
Клюют друг дргуа и звенят (Елена Шварц. “Строфа - она есть птица с клеткой…”).
*
…Но тут же! -
негодующая стая
моих стихов,
простившая меня, –
ты! - защитишь меня,
со всех сторон - сжимая,
вытягивая шеи,
выгибая -
галдя, топча, калеча, гогоча… (Дмитрий Воденников. Первый снег).

Еще.

update: Ну, это-то понятно:

Я тебя никогда не забуду, о боже, боже.
Я тебя все равно никогда никому не отдам (Воденников).

Я тебя никогда не забуду,
Я тебя никогда не увижу… (Вознесенский).

Набирала для итальянского коллеги фрагмент протоколов воскресных чтений Литературной студии Московского Пролеткульта. До того нравится, что решила повесить.

На беседах, при участии руководителей студии т.т. А. Белого, Н. Шварца, М. Столярова, В. Плетнева и В. Иванова, разбираются произведения, прочитанные студийцами и нестудийцами, производится разбор со стороны формы, ритма и содержания, обсуждается вопрос, поскольку разбираемые произведения проникнуты пролетарской идеологией.
(…)
При обсуждении т. А. Белый находит стихотворение вполне выдержанным по форме и содержанию и отметил красивое сравнение восходящего солнца с «красным кирпичом». Т. Полетаев указывает на изысканность образа: «Сочится усталость в плечах».

(дальше - здесь)