“Стихи о Марии” - поэтическая антология лучших стихотворений о Маше (XIX-XXI вв.).
Среди авторов:
Александр Пушкин,
Денис Давыдов,
Николай Некрасов,
Александр Блок,
Осип Мандельштам,
Даниил Хармс,
Иосиф Бродский,
Булат Окуджава,
Ольга Седакова,
Станислав Львовский
Федор Сваровский
и другие.
Я помню чудное мгновенье:
Невы державное течение.Люблю тебя, Петра творенье!
Кто написал стихотворенье?
Я написал стихотворенье.
Вс. Некрасов
Препод: «Ну, реферат у вас хороший, вижу в инете скачивали, даже ссылки не потрудились вырезать. Но какой ваш вклад в эту работу? Что вы-то сделали?»
Некоторое молчание….
Студентка: «Э-э, ну… прочитала его».
Вконтакте.ру
Свое и чужое — одна из базовых бинарных оппозиций традиционной культуры. Свое и чужое — оппозиция, которая в культуре современной размывается до полного неразличения. Где заканчивается чужой текст и начинается свой? Если мы взяли одно слово из чужого текста и использовали в своем, этого никто не заметит. Если мы взяли два-три слова, вероятность проскользнуть незамеченным уменьшается. А если абзац? А страницу?
Сначала включение фрагмента чужого текста в свой текст было функциональным литературным приемом. Потом стало постмодернистской фишкой. Сейчас использование чужого текста — заезженный ход массовой культуры и повседневной жизни. Мы разговариваем фразами из фильмов и книг. Мы цитируем академические издания и ссылаемся на авторитетные мнения. Мы читаем заголовки новостей: «Про смелых и больших людей». «Пойдем-ка покурим-ка». «Потому что мы холдинг». «Сундук мертвеца». «А ночи здесь тихие». Так кто написал стихотворенье? И имеет ли это значение?
Читать дальше…
Все же литературное краеведение - это в первую очередь поиск самоидентичности для разных мелких провинциальных местностей. А у нас сам Пушкин был! Мы существуем!
Названия некоторых монографий прямо умилительны…
Маслов, Е.Н. “Пушкин - наше все” : Богородский край в судьбе поэта. - Пос.Черноголовка [Ногинский р-н Моск.обл.]: Богородский печатник, 1999. - 111 с., ил.
Щербаченко, В.И. Белгородская пушкиниана : К 200-летию со дня рождения А.С.Пушкина. - Белгород: Изд. дом “В.Шаповалов”, 1999. - 2-е изд., испр. и доп. - 183 с., ил.
Трофимов, Ж.А. Симбирские дни Пушкина : Исследования и находки. - Ульяновск, 1999. - 143 с., ил.
Когда я водила экскурсии в царскосельском Лицее, коронным номером у меня был рассказ о лицейской дружбе. Как они собирались, зажигали свечи по числу воспитанников первого лицейского набора. Как они постепенно умирали и свеч становилось меньше и меньше. Как ушел Дельвиг. Как приезжал Пущин в Михайловское к Пущину. Как Горчаков, последний из лицеистов, оставшийся в живых, далеко от родины (то ли в Ницце, то ли в Баден-Бадене) каждый год, 19 октября, зажигал свечи и вспоминал всех тех, с кем когда-то учился здесь, в Царском Селе. “Друзья мои, прекрасен наш союз”, - разносилось под гулкими сводами третьего этажа, спального этажа, возле комнат Пушкина и Пущина. Экскурсанты плакали. Тетушки вытирали глаза платочками. Девочки смотрели отчаянно.
Теперь у меня коронный лекторский номер: запугивание студентов Сорокиным.
А вот карты Москвы никакой не получится, вовсе.
Там будет только несколько черточек и несколько точек различной степени яркости.
Наиболее внятен и четок, а также любим и полезен фрагмент возле Кузнецкого моста: метро, с одной стороны - интернет-кафе на Кузнецком, книжный магазин, с другой - кофейня на углу Рождественки и Пушечной, Детский мир, потом - Лубянка, музей Маяковского, по Мясницкой к Чистым прудам, Потаповский переулок - проект ОГИ. Это центр Москвы, вот.
Потом - туристическое - Арбат-Новый Арбат, по Воздвиженке к Ленинке, Ленинка, толстая такая точка, бесполезная и запутанная точка, где-то там рядом, неясным пятном - Александровский сад и Кремль. Мавзолей, о. Отрезок Тверской от Маяковской до Пушкинской, неясным пятном - Пушкинская площадь, неопределенной точкой - Чехова, 6.
Охотный ряд - Пироги - Кофеин. Точками: Пироги на Новокузнецкой, улица ОГИ, Средний Кисловский, строение 3.
Метро Бабушкинская - пробел - улица Минусинская.
Пролетарская, Коломенская.
Остоженка от Кропоткинской до Парка Культуры, где-то посередине - МДФ, в отдалении - деревянный Пегас.
Отрезок Ленинградского шоссе, от Войковской до улицы Выборгской, дом 3, корпус 2 - наизусть.
Гостиничный блок от Владыкино до Петровско-Разумовской, чрет побери.
А начиналась Москва семь лет назад с черточки Новослободская - Миусская площадь (сопровождается мелодией из кинофильма “Свинарка и пастух”).
То, что сразу приходит в голову:
Владимир Маяковский. Облако в штанах.
Осип Мандельштам. “Мастерица виноватых взоров…”
Иосиф Бродский Двадцать сонетов к Марии Стюарт
Ольга Седакова. “Неужели, Мария, только рамы скрипят…”
Что там еще есть?
update. Александр Блок. “Кто плачет здесь? На мирные ступени…”
“О жизни, догоревшей в хоре…”
Madonna da Settignano.
“Глаза, опущенные скромно…”
Мэри
update-2.
Давид Самойлов. “Спи, Мария, спи. Пробужденья нет…”
Николай Некрасов. Маша
Павел Кашин “Зачем же, Машенька, такие холода…”
Михаил Щербаков. Мария
Евгений Евтушенко. “Лифтерше Маше под сорок…”
Иосиф Бродский. Сретенье
Всеволод Зельченко. Баллада
update-3:
Сергей Есенин. Ключи Марии
Булат Окуджава. “А что я сказал медсестре Марии…”
Борис Слуцкий. Память
Алексей Кольцов. “По-над Доном сад цветет…”
Александр Пушкин. Гаврилиада
Осип Мандельштам. “Разве подумать я мог, что так легковерна Мария…”
“Марья Сергеевна, мне ужасно хочется…”
Алексей Денисовмашенька машинка в мешочке
два-три слова по телефону
одно неосторожное напрасное усилие
и нечего будет начинать сначала
сумерки семерки семечки
фразеологизмы на постном масле -
ни слова на слове живого места
аскорбинка венок аскорбинок
и в этих терниях в этой тине:
машенька машинка в мешочке
песчинка в песочке
лето пуговица на столе
с остановкой сердца в каждой точке
* * *
маша вышла из душа вкусно пахнет
вмешивается нежно так чему-то мешает
ляг машенька укройся почитай книжку
без цвета без вкуса так бы каждый день
как море волнуется раз и еще раз три четыре
с барашками играет на солнышке блестит
обманывает зрение шестым уже седьмым чувством
я чувствую до берега к утру не доплыть
не пиши про душу про любовь про машу
гляди но не заглядывай не загадывай не пытайся
рыба кистеперая вышла на сушу
а все не успокоится все бы ей играть
в результате эволюции сексуальной революции
жалко что не жалко и так каждый день
как мне… эх красавица все-таки машенька
хлебом не корми жить не давай
сот оно заветное запретное чудо
от сотворения прямохождения в обеих руках
сколько ни давай ему оглядывается в море
снится ему снится скользкий атавизм
* * *
машенька мария марья маша
когда уйдет любовь и явится муза
когда растает снег и высохнет лужа
когда наконец приедет наташа
машенька-мария машенька-маша
когда будет солнце но не такое
когда испугаются все кто нас знает
лидочка славик и что-то такое
слушайте сам ничего я не знаю
этот стишок не для чтенья на людях
машенька машенька машенька маша
мантра наверное страшно и чудно
будут стихи и стихи как для книжки
рифмы такие девчонки мальчишки
стыдно я старый и постмодернист я
что я пишу как простреленный ленский
машенька-снежинка машенька-ряженка
слово такое - читается ма-шень-ка
в конце заклинание: милая маша
очень прошу и что-то про душу
Светлана КековаСтихи о Марии
Мария у зеркалаКогда Мария в уголке укромном,
перед разбитым зеркалом, одна,
измученную память освежая,
разглядывала тело, как чужая,
вдруг на плече увидела она
пятно - неясный след от поцелуя.
И зеркала немая глубина
себя открыла, и одна волна,
как некий ангел, пела: “Аллилуйя!”
И, стоя у расколотой пучины,
в чьей глубине боролись свет и тьма,
уже Мария видела сама,
как сбрасывали плотские личины
людские души в час своей кончины,
как возросла ее любви чума,
как тот, кого она познать хотела,
чтоб жизнь изжить и смерть предугадать,
к ней снизошел, как Божья благодать,
был дух Его - одно сплошное тело.
Еще на свет ее душа летела,
и ангелы не начали рыдать,
но воздух полон был предощущенья
любви - и вот остановилось время,
и, чтоб принять сияющее семя,
ей нужно было плоть свою отдать.
И некий ангел ей сказал: “Смотри!”,
и вот она увидела внутри
себя самой
неясное движенье,
как будто кто-то дышит и живет
там, в глубине ее двойного тела…
Hо зеркало от боли запотело,
и, тихо отодвинув отраженье,
Мария свой погладила живот.
1985
Подражание Ольшанскому: 100 любимых книжек для
1. Лев Кассиль. Кондуит и Швамбрания
2. Амброз Бирс. Рассказы
3. Jane Austen. Pride and prejudice.
4. Emily Bronte. Wuthering Heights
5. Марина Цветаева. Конец Казановы. Проза всякая.
6. Анна Ахматова. Поэма без героя
7. W.B.Yeats
8. Виктор Соснора. Раннее и историческая проза.
9. Иосиф Бродский
10-19. антология “У Голубой Лагуны” (10 томов)
20. Илья Садофьев. Индустриальная свирель
21. Михаил Герасимов. Мона Лиза
22. Илья Сельвинский. Пушторг и Улялаевщина
23. Андрей Платонов. Джан. Фро.
24. Осип Мандельштам
25. T.S.Eliot
26. Габриэль Гарсиа Маркес. Сто лет одиночества. Любовь во время чумы
27. Умберто Эко. Имя розы
28. Дмитрий Воденников. Мужчины тоже могут имитировать оргазм.
29. А.П.Чехов. Чайка
30. Герман Гессе. Степной волк.
31. Кобо Абэ. Женщина в песках
32. Пьер Бурдье. Начала
33. Борхес
34. Кортасар
35. Павел Вежинов. Барьер
36. М.Турнье. Пятница, или Тихоокеанский Лимб. Лесной царь.
37. Джон Голсуорси. Сага о Форсайтах
38. Патрик Зюскинд. Парфюмер
39. Киплинг. Книга Джунглей
40. John Fowles. The Collector
41. Пастернак. Доктор Живаго
42. Василий Аксенов. Золотая наша железка
43. Владимир Набоков. Машенька. Защита Лужина. Дар
44. Сергей Довлатов. Заповедник
45. Венедикт Ерофеев. Москва - Петушки
46. Андрей Белый. Симфонии. Петербург
47. Вадим Шефнер. Сказки для умных
48. Александр Житинский. Потерянный дом, или Разговоры с Милордом.
49. И.П.Смирнов. Художественный смысл и эволюция поэтических систем. Порождение интертекста.
50. Саша Соколов. Палисандрия.
51. Владимир Сорокин. Тридцатая любовь Марины. Норма. Очередь
52. Бальзак. Шагреневая кожа
53. Эдмон Ростан. Сирано де Бержерак
54. Бомарше. Свадьба Фигаро
55. Пушкин. Маленькие трагедии. Евгений Онегин. Медный всадник. Повести Белкина
56. Лермонтов. Демон
57. Гоголь. Петербургские повести
58. Тургенев. Отцы и дети
59. Ф.М.Решетников. Подлиповцы
60. Достоевский. Белые ночи
61. Сологуб. Мелкий бес
62. Роб-Грийе. Дом свиданий
63. Кэррол. Алиса в стране чудес
64. Ф. Дюрренматт. Физики.
65. Бернард Шоу. Дом, где разбиваются сердца. Пигмалион. Цезарь и Клеопатра.
66. Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея
67. Б. Ахмадулина. Сказка о Дожде
68. Парни. Война богов
69. Паскаль Брюкнер. Божественное дитя
70. Бабель. Одесские рассказы.
71. Ильф и Петров. Двенадцать стульев
72. М.Зощенко. Голубая книга
73. А. Мариенгоф. Циники
74. А.Ремизов. Крестовые сестры
75. Аристофан. Лягушки. Лисистрата
76. Ли Бо
77. Гюго. Труженики моря
78. А.Дюма. Граф Монте-Кристо
79. Ирина Одоевцева. На берегах Невы
80. П.Крусанов. Укус ангела
81. Татьяна Толстая. Кысь. Сюжет (рассказ).
82. Борис Акунин.
83. М.Горький. На дне. Старуха Изергиль
Потрясающее исследование “Имя автора (историко-типологические аспекты экспрессивности)”. Цель - “изучение и типологизация воздействия авторского имени на поэтику произведения в русской литературе”. Далее - выписки:
“Писательская рефлексия у А.Битова строится на интерпретации внутреней формы фамилии и ее смысловых производных (бить - набить - разбить).”
“Болото как часть природного пространства и как космогония и эсхатология Петербурга - Ленинграда становится элементом творения мира и магической словесной практики Заболоцкого”.
“В “Истории Пугачева” Пушкина удалось достичь как наибольшей, почти документальной объективности и внехудожественности повествования, так и романтической самосимволизации: пушки играют ключевую роль в действиях Пугачева и войск, его преследующих”.