27 мая 1995 года. 12.00 - 18.30 (первая “длинная” беседа, рассказывает о себе - этакий ликбез для начинающих соснороведов).
С года до четырех - больница на Лиговке (костный туберкулез), гимназия в Варшаве, потом - во Львове (банды). 11 языков (классические, немецкий - из европейских, и славянские, стихи на украинском, на польском). МГИМО, артиллерийская академия, филологический, философский - ушел за год до диплома: всех в Ленинграде должны были распределить инструкторами - бросил. На том же курсе Пьеха училась (?!). Три года артиллеристом. Сентябрь 1959 года - “Слово о полку Игореве”. Декабрь - Заболоцкий, Мартынов, Асеев (в Москве?), март 60 - напечатали.
“Литература и жизнь” - статья Асеева, про ВС. Жил на Стремянной.
Дом Зверя - самый бурный роман. Всякие изменения. Цитата из Бродского (1965 г.): “Вечер сирени и ворон”.
“Влияния” - древнерусские былины (Илья Муромец, инцест), Державин (хрестоматия, академические издания), Тредьяковский. Хлебников, Маяковский, Цветаева - именно эта линия в поэзии, поэтов больше не было, остальное - версификация.
Арьев - о “Доме Дней” хорошо написал, но о “Башне” - бред, никакого Федорова там нет.
В Швеции (?) - письма Лили Брик к Сосноре. Сербы перевели “Башню” (в серии “русская философия” - Соловьев, Бердяев - и Виктор Соснора). Anno Iva, Линзы - сам не знаю, почему. Anno Iva - без урезок напечатана, в “Возвращении к морю” (сам сборник ругает, в моем экземпляре сердито исправляет перевранные места).
“Цензура” - 12 инстанций (письмо - по всем “голосам”).
“Я” сказать - “я” скрыть, “мы” - выпятить, коммунизм.
“Я - добро” - бред.
“Я - зло” - нормально.
Главное - индивидуальность. Физиология - психика - творчество: все взаимосвязано, все вместе.
“Заумь” - всегда и везде, в фольклоре, в детской речи (Крученых, Хлебников - не ново).
Хлебниковские цифры - студенчество, idee-fix у математиков (ВС занимался математической лингвистикой у Колмогорова).
Переводы - больше, чем написал (грузины, эвенки, сербы). С подстрочника и “заглядывая в подлинник” - сразу на печатную машинку (на жизнь зарабатывал).
Лео т. Алстой (это сокращение, из “Башни”) - товарищ.
Помнит с семи лет - абсолютно все. С 4 до 7 - блокада, голод, “память убрала, отрезала”. Махачкала - знал дагестанский.
Пересоздание (”Баллада Редингской тюрьмы” - только идея; “Баллада Эдагар По”; “Фауст и Венера”).
В семь лет перечитал всю библиотеку у мамы (не было детских книг): Данте и пр.
(Из окна в комнате - белая и красная “новостройки”, более поздние, чем дом ВС - это то, что в “Башне” у него, строящиеся две “скалы”).
В 14 лет - Хлебников (не было откровением).
Страсть к чтению (”Башня” с рисунками). Журнал “IF” (1994 - ?).
(Пытаюсь спрашивать про тексты - что, как, почему, зачем - бесполезно): Призвание, необходимость, потребность и пр. Река Фанданго (не помню, при чем?…)
(Начинает говорить про мою статью - ему отосланную - про “Последний лес”).
Статья - идеальная, если принимать правила этой игры.
Шишки, дерево и так далее - фаллические символы (это первичнее).
Запятых нет, потому что все это одно целое, не нужно интонации.
Ритм “Последнего леса” - Вяч. Иванов (около 4 стихотворений), Хомяков - очень распространенный ритм тогда.
“Уже убиты” (из “Последнего леса”) - только период, а вовсе не все время! (Вы объема всего не знаете). Интересно (из статьи): “круги” - значит, и в стихах, как на картинах, и “схема”. Но - не все тотально.
Поэт противопоставлен миру - только в юности. Всегда и у всех “я” противопоставлено миру. Поэт - нет, в лучшем случае - писатель.
(Продолжение следует).